"Отойдите в сторону и ждите". Такие слова российские пограничники зачастую говорят жителям оккупированного Крыма на паспортном контроле в аэропорту Сочи. Для части женщин это ожидание завершается арестом, пытками и годами заключения. Они так и не добираются до пунктов назначения.
Правозащитники фиксируют повторяющуюся схему. Сначала административный арест по надуманным основаниям. Затем фактическое исчезновение и обвинение в государственной измене.
Три похожие истории в одном аэропорту
Крымчанка Виктория Сергеева прилетела в Сочи из Турции в августе 2025 года. Она возвращалась в Бахчисарайский район. На контроле от нее потребовали украинский документ. Выяснили, что все лето она была на свободной территории Украины.
Силовики забрали телефон. Нашли приложения украинских банков. Вынудили их разблокировать и пересмотрели предания. Сотрудники ФСБ решили, что там были донаты на украинскую армию. Викторию отправили на 13 суток ареста «за неповиновение» требованиям предоставить паспорт.
По данным источника, впоследствии его несколько раз подвергали «карусельным арестам». Новый протокол составлялся сразу после отбытия предыдущего. В это время она подписывала бумаги. Силовики угрожали расправой над ее детьми. Затем без суда Сергееву этапировали в СИЗО Борисоглебска в Воронежской области.
Там ее удерживали в жестоких условиях и полной изоляции пять месяцев. В начале 2026 года было предъявлено обвинение в государственной измене. Получив официальный статус, она заявила, что признание давала под давлением и отказалась от показаний.
Это не изменило ее судьбу. Судья Верховного суда оккупированного Крыма Виктор Зиньков приговорил ее к 15 годам лишения свободы. Источник отметил, что Зиньков имеет репутацию заангажированного судьи. Он неоднократно содействовал ФСБ по политически мотивированным делам. В частности, игнорировал заявления о похищении и пытках по делу Наримана Джеляла и братьев Ахтемовых.
Похожая история произошла с Дианой Гаврилюк. Осенью 2025 года она прилетела в Сочи, чтобы добраться до Крыма и посетить умирающую тетю. Муж рассказал источнику, что внимание мог привлечь новый загранпаспорт, заказанный в Дублине. Семья жила там с 2022 года.
Дальше схема была почти той же. Арест за «неподчинение». Пытки. Статус инкоммуникадо в СИЗО Борисоглебска. Затем этапирование в Краснодар и обвинение в государственной измене за якобы донаты на украинскую армию. На десять дней Диану вывозили на непризнанную территорию Абхазии и держали в секретной тюрьме ФСБ.
Мужчина сообщил, что в Борисоглебске ее били по голове во время допросов. Разошлись швы после недавней операции. Администрация изолятора не предоставила медицинскую помощь.
Еще один случай описал источник. Супруги Наталья и Юрий А. переехали в Краснодар из Херсона после отступления русской армии в ноябре 2022 года. Летом 2025 года женщина уехала навестить бабушку в Херсоне. Бабушка ждала операцию. Наталья ехала с украинским паспортом через границу Украины.
На обратном пути она была задержана в сочинском аэропорту. Поздно вечером она позвонила по телефону мужчине из чужого номера. Сообщила, что пограничники забрали телефон и банковские карты. Ее «просили признаться в том, чего она не делала». После этого Наталья исчезла.
Ее арестовали за неподчинение требованиям военнослужащего. После админареста женщину забрали сотрудники ФСБ. В ФСБ заявили, что не задерживали его. Уголовное дело о похищении возбуждать отказались. Прокуратура также не увидела нарушения. Местные полицейские посоветовали мужчине "не лезть в это дело".
Три истории произошли в одном аэропорту в один период. Все женщины побывали в Украине. Течение преследования схоже. По мнению правозащитников, это не случайность, а общий алгоритм. Первоначально административный арест. Затем полноценное похищение.
«Это классический прием, который мы часто фиксируем в отношении похищенных. Например, так было с Лерой Джемиловой, которую вывезли из Джанкойского ИВС сотрудники ФСБ, а затем девять месяцев отрицали свою причастность к ее задержанию. Когда пришло время, они заявили, что вот только сейчас ее задержали и предъявили обвинения в госизмене. Все время до этого ее удерживали инкоммуникадо в местном СИЗО. И таких случаев сегодня десятки», — прокомментировали в источнике, документирующем насильственные исчезновения в оккупированном Крыму.